Жизнь, прожитая не зря

Его автобиографический рассказ может служить достойным примером для тех, кто не уверен в себе и своём пути, ещё не определился в жизни и стоит на распутье.

Детство

Родился я 12 марта 1940 года в деревне Мустафино Аургазинского района. Родители работали в колхозе: отец – конюхом, а мать – на разных работах, куда направлял бригадир. Детей у них было много, но почти все умерли ещё маленькими, в живых остались только мой старший брат Авхадей и я.

Через месяц после начала войны отцу пришла повестка, и в июле 1941 года его проводили на фронт. В 1943 году – брата. Как оказалось, навсегда. На них обоих с фронта пришло известие - «пропали без вести».

После окончания войны сослуживец брата рассказал маме, что они долгое время лежали в окопах. Тогда мой брат, не выдержав, поднялся во весь рост и со словами: «Если так долго будем лежать в обороне, то домой уж точно не вернёмся!» - пошёл в атаку. За ним поднялись другие – и завязалась настоящая бойня… Это всё, что о нём известно.

Основной кормилицей в деревнях в годы войны была корова. Но наша корова, к великому сожалению, отравилась ядовитой травой и умерла на пастбище. Я тогда был маленьким, ничего ещё не осознавал. Позже про это несчастье с коровой мне рассказал односельчанин Магасум абый, когда мы с ним лежали в лечебнице в Учалах в 1993 году. Оказывается, он в тот день пас стадо, поэтому всё и помнил.

Основной пищей во многих семьях были травы, из них варили суп, пекли лепёшки, добавив немного муки. На зиму сушили их. Такую травяную похлёбку, называемую супом, невозможно было есть без катыка. А после гибели коровы мы остались без него... Выручали соседи – делились с нами катыком. А родных и близких в деревне у нас не было. Когда мама уходила на работу, в зимние месяцы оставляла меня у соседей. У них тоже были свои дети – мой ровесник и постарше, с ними я и проводил время. Скоро соседи привыкли ко мне, считали своим ребёнком. Большое спасибо им за такое отношение ко мне!

Когда всех мужчин проводили на фронт, в деревне остались только женщины, старики и дети. Все колхозные работы легли на женские плечи. Перед моими глазами до сих пор стоит картина, как женщины впрягались в плуг и изо всех сил тащили его, чтобы вспахать землю и посадить картошку. Бывало, землю и лопатами копали, чтобы посеять зерновые культуры. А после целое лето пропалывали сорняки, чтобы они не заглушили всходы зерновых культур и сахарной свёклы. Затем подходило время уборки выращенного. С раннего утра женщины с серпами уходили в поле, чтобы по утренней росе успеть сжать как можно больше. А зимой обмолачивали собранный урожай на молотилках, выбивая из подсохших колосьев зерно.

Наряду со всеми во всех этих работах участвовала и наша мама. Да и мы, дети, подрастая, втягивались в них. Во время прополки посевов нам выделяли участки, а с 7 лет мы гоняли лошадей на молотилке по кругу. Я сам уже в 13 лет возил снопы зерна с поля на гумно.

Тяжёлой, невыносимой была жизнь не только в годы войны, но и после победы – вплоть до 1950-х годов. Также питались травами. А весной выкапывали в огородах гнилую картошку, чтобы из них сварить похлёбку. Я помню, как плакал и просил есть. Как выносила всё это моя мама, да и другие матери? Уму непостижимо. От голода и непосильного труда у них и молока в груди не было. Видимо, спасались тем, что помогали друг другу, не оставляли без внимания и поддержки.

Возможно, устав от всех свалившихся трудностей, в 1950 году мама переехала жить в соседнюю деревню к одному мужчине. Дом в Мустафино мы продали, а на вырученные деньги купили корову. Жизнь стала понемногу улучшаться. Я закончил 3-й класс и перешёл в 4-й.

С раннего детства я любил что-то мастерить, строить, но у меня не было инструментов. А у отчима кое-какие были, и он разрешил мне пользоваться ими. Я мастерил детские коляски, крутящихся петухов, самокат с коляской и много других вещей. Самокат стал забавой для всех ребят: один садился, а другие толкали его. И так по очереди по несколько раз успевали прокатиться на нём все. Интересно, что во время юбилея деревни Мустафино в 2017 году один из моих друзей детства вспомнил о самокате.

В деревне Сабайга, куда мы переехали, насчитывалось всего 21 домохозяйство. Но зато там были молочно-товарная ферма и свиноферма, овцеферма, птицеферма (выращивали кур) и даже лисья ферма. Мама устроилась на МТФ дояркой, работала она и на других работах.

До того момента, пока маме не поручили доить овец, я об этом даже не слышал, не то что видел, как это делается. А тут мы сами доили овцематок: я их держал, а мама доила. Надоенное молоко отправляли на молзавод.

В деревне была начальная школа, которая размещалась в половине жилого дома. Учились в ней 4 четвероклассника и учащиеся 1 и 2 классов. Учил нас всех кавалер ордена Ленина Бикулов Гата абый – человек уже пожилого возраста. Сперва он занимался с одним классом (проверял домашнее задание, объяснял новую тему, закреплял её и давал задание на дом), а затем и с другими.

В те годы после окончания одного класса для перевода в другой проводились экзамены. Я, хоть немного и отстал от своих одноклассников во время учёбы, но к экзаменам подготовился хорошо и сдал их на «отлично». Так я стал пятиклассником.

Учёба и работа

В 1954 году я закончил 7 классов и получил свидетельство с хорошими отметками. Дальнейшую учёбу нужно было продолжать в соседней деревне Тряпино. Но у нас не было такой возможности, поэтому учёбу пришлось прервать на 2 года. Устроился в колхоз и начал работать разнорабочим. Председателем колхоза был Акчурин, приехавший по направлению из Стерлитамакского содово-цементного завода. В 1953 году после прихода к власти Н. С. Хрущёва в стране начались преобразования, которые дошли и до нас. Одним из них стало перекрытие крыши зерносклада шифером – остальные здания и дома жителей были покрыты соломой. Но у неё были и свои плюсы: если весной на ферме кончались корма, то разбирали крышу, чтобы солому пустить на корм животным.

В те годы я участвовал на закладке фундамента для сельского клуба (кажется и сегодня СК стоит на том фундаменте), потом на установке автовесов на зернотоку и др. Как раз в те годы в колхоз начали поступать техника, оборудование для очистки зерна и т.д. Какое это было счастье, когда в деревню привезли автомашину «ГАЗ-51»! Я до сих пор помню её госномер: БШ-96-12. Началось активное строительство животноводческих помещений, лично я участвовал на строительстве птицефермы из саманного кирпича (смесь глины и соломы). Одно лето во время каникул работал на пасеке помощником пчеловода. Полученные тогда знания и навыки помогли мне позже заняться пчеловодством уже в своём ЛПХ (держал пчёл с 1990 по 2000 годы, но по объективным причинам пришлось расстаться с ними).

Тогда же в колхоз поступила передвижная зерносушилка. Машинист Вагиз абый взял меня своим помощником. Я с интересом изучал её, орудуя гаечными ключами.

1957 год был засушливым. Вагиза абыя с группой колхозников командировали в Новосибирскую область для заготовки сена. У школьников после торжественной линейки 1 сентября на целый месяц прервали учёбу – их направили на помощь колхозу.

В Тряпинской школе тогда училось 40 учеников, старшим назначили меня. В мои обязанности входило приготовление обеда и приёмка выполненных за день работ. С ними я справляся хорошо. И на зерносушилке работал вместо Вагиза абыя, который был на заготовке сена.

Зооветтехникум

В 1959 году 10 учащихся закончили Тряпинскую среднюю школу, всем вручили аттестат зрелости, в том числе и мне (с хорошими оценками). Председатель колхоза Юсупов Тимербулат предложил нам поступать в Стерлитамакский зооветтехникум: мне – по специальности зоотехника, а моему другу Рахимову Фарахетдину – по специальности ветеринара. Мы согласились и, получив деньги на дорогу, поехали сдавать документы.

Председатель обещал, что колхоз будет выплачивать нам ежемесячные стипендии, а также начислять ежемесячно по 30 трудодней. Но началось укрупнение хозяйств, и наш колхоз «Авангард» объединили с колхозом Ильича. К великому сожалению, председатель Никитин не принял прежнее обязательство, и мы остались без помощи. А на моём иждивении были мама и отчим – инвалид войны (слепой). Как быть? Нас приняли сразу на второй курс, и учёбу мы начали с большим желанием. И выбранные профессии нравились. Но только одной стипендии явно не хватало, поэтому мы брались за любую работу, лишь бы платили.

Студенческие годы пролетели быстро, и в 1962 году состоялся наш выпуск. Заявок на зоотехника из разных районов было много, но я выбрал колхоз «Путь Ленина» Гафурийского района. Осталось только поехать туда. Председатель колхоза Янбеков Кашфулла Самигуллович тепло принял меня, а после беседы заказал мне обед и предложил отдохнуть с дороги. После сытного обеда проводили в комнату отдыха, где меня уже ждала кровать с белой простынёй, чему я был очень удивлён.

Трудовая деятельность

Председатель попросил меня приехать на работу, не дожидаясь окончания отпуска, так как началась горячая уборочная страда и заниматься животноводством не хватало времени. Так 13 августа 1962 года я начал трудовую деятельность зоотехником колхоза «Путь Ленина».

Колхоз был очень большим, разделённым на 6 бригад. В 1-2 бригады входили деревни Янгискаин, Урал, Ноябрёвка, в 3-ю бригаду – дд. Базиково, Цветаевка, в 4-ю – дд. Буруновка, Татьяновка, Покровка, в 5-ю – дд. Ново-Троевка, Красный Октябрь, Дмитриевка, в 6-ю – дд. Мраково и Карлы.

В колхозе имелось 5 молочно-товарных и свинофермы, 4 овцефермы, птицеферма в Янгискаине и кроликоферма в Цветаевке. До моего приезда заместителем председателя колхоза по животноводству работал Халиков Набиулла Сахиуллович. С ним мы побывали на всех фермах, где он познакомил меня с коллективами и посоветовал, как с кем общаться. Этот его дружеский совет затем мне очень пригодился. Через несколько месяцев его избрали председателем сельсовета.

Осенью 1963 года я привёз в Янгискаин родителей и в этом же году создал семью с Танзилёй Давлетшиной, которая тогда работала заведующей Янгискаинской больницей. Через год у нас родился сын Ильдус.

В 1965 году колхоз «Путь Ленина» разделили на три: «Россию», «Заветы Ильича» и имени Ленина, и в каждом из них велась своя деятельность.

В сельском хозяйстве начались позитивные изменения. В хозяйства поступала новая техника и оборудование, в производство вводились более современные технологии. Тогда я осознал, что если хочешь шагать в ногу со временем, нужны новые знания. И когда в 1966 году в Башкирском сельскохозяйственном институте открыли новый экономический факультет, у меня возникло желание поступить туда. Взяв на работе отпуск, поехал сдавать вступительные экзамены. Первые два сдал на «хорошо», а вот в третьем – подвела сложная задача. Но я не сдался – на следующий год уволился с работы и поступил на подготовительные курсы. С собой взял ту самую злополучную задачу, над которой мы вместе с преподавателем бились два часа, но всё же осилили. На этот раз я на «отлично» сдал все вступительные экзамены и был зачислен на 1 курс экономического факультета БСХИ (ныне – БГАУ).

Учась на втором курсе, перевёз в Уфу и семью. Сынишка Ильдус начал ходить в детсад, а супруга устроилась на работу. Сам я три раза в неделю подрабатывал вечерами грузчиком в продовольственном магазине. Но это не мешало мне посещать лекции, ведь я был старостой и во всём должен был показывать пример другим студентам. Как бы трудно ни было, не пропустил ни одного занятия, всегда конспектировал первоисточники и научную литературу, что значительно облегчало учёбу и подготовку к экзаменам.

В 1972 году я был награждён за отличную учёбу и активное участие в общественной жизни института почётной грамотой Башкирского обкома ВЛКСМ, а чуть раньше с такой же формулировкой мне вручили почётную грамоту ректората и парткома БСХИ. Учёбу я закончил с красным дипломом.

Назад, в Гафурийский район

Здесь меня ждала ответственная и напряжённая работа, в которую я окунулся с головой. Обещанную мне должность главного экономиста управления сельского хозяйства занимал тогда А. Фураев, который через полгода должен был уйти на пенсию. Меня временно назначили главным инспектором по заготовкам и качеству сельхозпродукции. Нам выделили квартиру, и мы начали новую жизнь.

В феврале 1974 года меня пригласил к себе первый секретарь райкома партии А. А. Шамсутдинов и предложил занять должность председателя колхоза «Зиган». Я растерялся, засомневавшись. Но А. Шамсутдинов тут же напомнил, что я член партии, так что вопрос на этом был решён. Вот так я возглавил колхоз, который находился в 23-х километрах от райцентра.

Дороги в этом направлении не было, поэтому весной и осенью машины выпускали в рейс только в сопровождении тракторов. В очень запущенном состоянии находились животноводческие помещения. Как следствие – низкая продуктивность животных и падёж молодняка. Радовало только то, что в Утяково, Тугаево и Игенчеляре люди были трудолюбивыми и работящими и при хорошей организации могли сделать многое.

Помню, в первый день моей работы в новой должности ко мне обратился фельдшер Утяковского ФАП А. М. Хуснияров с просьбой помочь с капремонтом здания. Впереди нас ждали весенне-полевые работы, у стройбригады были свои объекты – до ФАПа ли? Но я не отказал. Собрав пенсионеров, рассказал им о сути вопроса. Они охотно согласились помочь, и через некоторое время, к общей радости, капремонт в здании был произведён.

С полной версией можно ознакомиться в бумажном варианте.