Сейчас невозможно сказать, когда именно местные жители узнали о целебных свойствах усольской воды. Хотя в древности в непосредственной близости от ключей не существовало постоянных поселений (по крайней мере, современной археологии таковые пока неизвестны), уже в те отдалённые времена люди нередко посещали источники. Об этом говорят отдельные находки, в основном, фрагменты древней керамики, которые датируются эпохами раннего железного и бронзового веков, а то и эпохами энеолита и даже неолита, т. е. древнейшие из них могут иметь возраст 4-5 тысяч лет.
Трудно сказать, что именно приводило этих людей к источникам – солёный вкус воды или её целебные свойства. Впрочем, присутствие поваренной соли в воде уже само по себе определяет её целебность. Хлористый натрий, т.е. поваренная соль, жизненно необходим для человеческого организма, очень важен для животных и растений. Особенно возросла потребность человека в соли с тех пор, как люди стали переходить к употреблению варёной пищи – при варке разрушается значительная часть минеральных солей, содержащихся в естественных продуктах, соответственно, человеческий организм стал недополучать необходимое их количество. Этот недостаток мог быть восполнен только употреблением соли из природных источников. Но таковые не так уж часто встречаются, а потому уже в глубокой древности они имели исключительную ценность и активно посещались людьми с целью добычи соли.
Соль считалась божественным даром, очень рано стали известны её целебные свойства, объяснявшиеся действием сверхъестественных сил, а потому места её добычи почитались как священные.
Кроме того, в растениях соли содержится очень мало, поэтому растительноядные животные вынуждены постоянно искать природные выходы солей. Соответственно, доступ к таковым источникам был исключительно важным и для древних скотоводческих коллективов. Очевидно, что в более позднее время башкиры-скотоводы также активно пользовались этим природным благом. В XVIII веке академик И. И. Лепёхин отмечал, что вода Усольских источников используется башкирами для поения скота: «…башкирские табуны ими (т.е. источниками – В. К.) довольствуются, которые так до солёной воды лакомы, что иногда целыя сутки бегут, дабы насытиться сим для их нектаром…». В XIX веке В. М. Черемшанский также отметил то значение, которое придавали соляным источникам скотоводы: «Местные крестьяне, а также татары и башкирцы ближайших деревень, гоняют на эти ключи скот и поят его там, или привозят воду на дом, от употребления которой скот замечательным образом здоровеет и тучнеет». Вполне вероятно, что башкиры ближайших к ключам деревень добывали соль кустарным методом на собственные нужды.
С конца XVI века на Усольских ключах существовало крупное промышленное производство по добыче соли, рядом основываются постоянные поселения. В 1735 г. начинается строительство Табынской крепости, за счёт чего резко возрастает численность пришлого населения в крае. Возможно, зарождение православного культа Табынской чудотворной иконы Божией матери являлось свидетельством того, что местные жители уже достаточно хорошо были осведомлены о целебных свойствах воды источников.
Интересно то, что уже в XIX веке были люди, которые считали необходимым организацию на Усольских источниках лечебницы, использующей целебную воду. В нашем распоряжении оказалась публикация, пока самая ранняя из нам известных, посвящённых целебным свойствам Усольских ключей. Это была статья представителя православного духовенства, протоиерея города Бирска Иоанна Гуменского, опубликованная в журнале Уфимской епархии – «Уфимские епархиальные ведомости», под названием «Записка ревматика».
Надо сказать, что Иоанн Гуменский довольно продолжительное время служил протоиереем в Табынской церкви (с 1860 по 1876 гг.) и оставил определённый след в местной истории. Очевидно, будучи человеком хорошо образованным, он глубоко интересовался буквально всем в новой для него местности и, в частности, историей. Род его деятельности обусловил направление его исследований, связанных с появлением православия в крае, зарождением культа Табынской чудотворной иконы, но при этом неизбежно затрагивались и иные вопросы, связанные с другими сторонами истории и природы края.
По некоторым не уточнённым данным, именно Гуменский собирал предания, связанные с Усольскими ключами, Табынской иконой, Вознесенским монастырём, Соловарным городком и пр., которые легли в основу неоднократно публиковавшегося ещё до революции «Сказания об иконе Табынской Божией матери». Автор «Сказания...» не указывался, возможно, это и был Гуменский. Пытался он также проводить археологические раскопки около соляных ключей, на месте бывшего поселения солеваров – Соловарного городка. Не будучи специалистом-археологом, он не сумел по достоинству оценить совершённые им находки, полагая, что не обнаружил ничего существенного – «...пепел, золу, уголь, жжёный кирпич, камень, части железа – шпили и т.п.».
В написанной им статье «Записка ревматика» Гуменский очень обстоятельно повествует о том, как он в результате частых переохлаждений за много лет приобрёл жесточайшую форму ревматизма. Как он пишет, к 1886 году он почти утратил способность передвигаться, «...Побѣдить мучавшій меня ревматизмъ докторъ, сколько ни усиливался, не могъ и въ концѣ концовъ совершенно отказался, преподавъ мнѣ единственный совѣтъ ѣхать на грязи въ мѣстечко – Саки, – въ 20-ти верстахъ отъ Симферополя, Таврической губерніи». Гуменский стал готовиться к длительной поездке, но тут из Табынска приехал его сын, который там служил священником, «...онъ рѣшительно отклонилъ меня отъ поѣздки въ Саки, умоляя ѣхать съ нимъ въ Табынскъ, чтобы лѣчиться тамъ сѣрно-солеными водами усольскими. – Это тѣ самые источники, гдѣ, по преданію, (едвали не во времена Грознаго), явилась чудотворная икона Божіей Матери, именуемая Табынскою. Источниковъ тамъ не одинъ и по качеству воды они имѣютъ между собою значительную рознь, – въ однихъ вода чисто соленая и употребляется туземными жителями въ пищу, въ другихъ преобладаетъ элементъ сѣры, гипса и т. п.» Гуменский решил «...отправиться въ Усолку (мѣдиплавительный заводъ, что въ имѣніи г. Пашкова, въ 45 верстахъ отъ г. Стерлитамака), – гдѣ и пріютилъ меня любящій сынъ. Тамъ подъ наблюденіемъ внимательнаго и опытнаго фельдшера Артемія Терентьевича Хлёскина, сталъ я принимать ванны изъ сказанной воды въ квартирѣ крестьянина Моисея Григорьева Барышева. – Лѣченіе вышло удачное; я получилъ исцѣленіе не только отъ ревматизма, но и отъ бронхита въ груди. А теперь я совершенно здоровъ и свободно занимаюсь своимъ служебнымъ дѣломъ и трудомъ физическимъ.»...
С полным вариантом можно ознакомиться в бумажном варианте.
Виктор КУРМАЕВ, краевед.